Страницы Миллбурнского клуба, 1 - Страница 82

К оглавлению

82
утолениеголода илижаж­ды ввашемпрошлом.Пейте жизньполнойгрудью, каквоз­дух,будьтепостоянносчастливы иудовлетворены».Э, да они имысли моичитают, а гдеже свобода? Итут же ответ: «Чте­ниемыслей другдруга – этоспособнашегообщения.Другого нет.Вскоре выполучитевиски исможетеуправлять переда­чейваших мыслей,какуправлялираньше речью.Мы уже по­степеннообучаем вашмозг, подобнотому какобучали гово­ритьдетей в вашевремя. Детине замечали,что учатсяговорить».Что-то этомне ненравится, агде же мояличная жизнь,тогда она уменя была. Яоглянулся виспуге,уверен­ный,что меняопятьподслушали,но экран оставалсятемным. Наследующийдень явернулся впассаж иснова бродилмеж красивыхженщин икасалсянекоторых изних, но никтоко мне небросался. Яискалглазами ту,вчерашнюю, ине мограспознать.Они все былиразные:брюнетки сгустыми вью­щимисяили прямымиволосами,блондинки от соломенногодопшеничногоцвета, рыжиеот светло-золотогодобронзовоготона, как у моейПоленьки.Одинаковымбыло то, чтоподстри­женывсе былиочень коротко,а лицанеобычайнобелы игладки. Вот мелькнулакурчаваяголовка моейвчерашнейпод­руги.Толком я еетогда неразглядел –всепроизошлопо-животномубыстро. Новот онапоравняласьсо мной,остано­вилась– мелкиеправильныечерты лица–раздвоенныйподбородок,на щечкахямочки, скулычуть выступают,бровирезкимиштрихами,глаза с белкамифарфоровойбелизны, подстать имровные зубывсегдаприоткрытогов улыбкебледно-розовогорта с четкимиполнымигубами. Зрачкизелено-крас­ногоцвета, какихя раньше никогдане видел.Ресницынепри­вычнокороткие,думаю,оттого, чтоне накрашены.Да, на лице нинамека накраску. Ясмотрел нанее, иникакиечувства вомне не проснулись,но я все-такипротянулруку инеуверенновзял еемаленькую,как уребенка,ладонь. И онасноваприльну­ла комне, и мыснова тут же,на людях,занялись темже, чем ивчера. «Ну искотина», –подумал я просебя,провожаявзгля­дом еекрепкуюневысокуюфигурку вразвевающемсязефи­ре. Онанеобернулась.

Усаркофагатишина.Никаких сообщенийна табло.Зато на ящикенедалеко отмоегоотодвинутакрышка, исветится над­пись,которую мнеиздали непрочитать. Япоколебался,подой­ти ли.Там, впрошлойжизни,любопытствонепременнопереси­лилобы, но сейчасянеторопливоперекусил оченьвкусным то лизавтраком, толи легкимобедом. Повиду это былажареная рыбас гарниром,похожим нагречневуюсечку, новсе-таки – нерыба. Хорошоприправленная,но без рыбьегозапаха, безкостей, кожи,даже мякотьбыла неволокнистая,но вкус, не­сомненно,форели,которую я ТАМпредпочиталдругим сортам.Салаты –овощной ифруктовый –вполненатуральные.Утом­ленныйнедавнимприключениеми едой, я улегсяв свое лежби­ще,вспомнил ораскрытомящике,подумал, уж неначали ли ониуправлятьмоимповедением,но вскорезаснул.

Очнулсяот того, что,как наяву,видел хорошенькуюкурча­вуюголовку,которуюнедавноцеловал, ичувствастыда и сожа­ленияявились мне.Что это было,позор какой,у всех навиду и безжелания, я ужне говорю о любви,простопохоть,скотство. ЯвспомнилПолину изастеснялсяее. Будто оназнала, чтослу­чилось.Она не знала –я знал, вот вчем дело.Тоска, уныниеотяготилидушу, грудьсдавило, какбывало ТАМ.Но там былокомупожаловаться,излить своюобиду,тревогу.Внезапно дур­ноенастроение прошло,словно кто-топовернулвыключатель.Чего еще мненадо? Тутпокой, тихаянебеснаямузыка,вкусная еда,красивыедоступные женщины.Живи ирадуйся – вотцель, вотсмысл жизни.Мир радости.Чего женедостаетмне?

Вылезнаружу. Возлетого,открытого, саркофагастоялчеловек вчерномделовом костюме.Мыпристальносмотрелидруг на другатак долго,что надо былочто-тоделать. Сначалапомахали,потоммедленнодвинулись навстречу.Я узнал в немхудощавоговысокогоклиента «Фризинглайф» с голымблес­тящим черепоми стальнымиострымиглазами. Мыпожали руки,как старыедрузья. Яподумал, что онменя неузнал, да он ине смотрел наменя тогда. Унего навискахжелтелипрямоугольники,он спросилмедленно,косноязычно,как го­ворятстарикипослекровоизлиянияв мозг:

– Вытолько чтоприбыли?

– Днятри-четыре,верно. Как-тоне могуразделитьдни и ночи.

– И ненадо, друг.Тут все течетнепрерывно ибесконеч­но.Да, жизньздесьбесконечна.Мы получили то,за что такдорогозаплатили.Вклад себя оправдал,не правда ли?

– Я ещенеразобрался...

– Ну, всевпереди.

– А вы изкакоговремени? –спросил япочему-то.

– Да вычто, меня неузнали?

– Яподумал, чтовы...

– Так быя и подал вамруку...

– Я рад,очень рад,что вы еще неразучилисьговорить сэтиминаклейками.

–Говоритьтрудно, да ине с кем... Вотвы...

–Кого-нибудьвстретилииз... ну,понимаете, изпрошлого?

– Нет, ине хочу... И васне хотел.Видел, как выразмо­раживались.Да засекли выменя. Мнескоро сотудадут...

– Идавно выздесь?

–Наклейки ужеполучил,скоро – жилье,и пошел этотхолодильникк дьяволу.

– Выругаетесь,как прежде...

– Этоиз-за вас,больше я васне знаю.

– Одинвопрос, еслиможно...

– Ну,один...

–Почему тутсексом привсехзанимаются, авсе вокругстоят исмотрят, какв зоопарке?

–Радость это,дорогуша,редкая этоздесь радость.Мо­жет, однаиз тысячобратит навас внимание,абольшинствововсе забыло,что и зачем.

– А дети,потомство?

– Э,дорогуша, выв какомсейчас веке?Кто же этакимспособомдетей делает?

Он повернулсяи пошеллениво ксвоемусаркофагу.Заб­рался внего, как впилотскуюкабину,высокозадирая ноги,опустилкрышку.

«...И нехотел васвидеть». Егослова больнозадели меня.Что-то мелькнулоиз прошлого.Даже этотнеприятныйчеловекпоказалсяродным,принес мненадежду, и,вот тебе: «нехотел видеть».Мне было непо себе.Будто что-тонадорвалось

82